Не объять необъятное, или Пробежка по Токио — Заметки на планшете

То, что предполагалось как лёгкая прогулка от железнодорожной Tokio Station до отеля, оборачивается пешим походом с преодолением широких пространств и даже спусков с горок. Поэтому планы быстро пробежаться по историческому центру города и за два дня отметиться во всех пунктах длинного списка «Must visit»  разбиваются о расстояния. Моя Акасака-Мицукэ, оказывается, очень удобная станция метро для старта пробежек по Токио. Во всех автоматах для покупки билетов есть возможность выбрать английский язык. Вся сложность — понять стоимость поездки: в Токио непривычно нам оплачиваются переходы на другие ветки (как государственные, так и частные). Но и с этим разбираюсь: над автоматами нахожу схему метро, на которой указана стоимость до каждой станции. Несколько минут — и я в гламурной Гиндзе. Вдоль широких улиц — кубы светящихся магазинов с привычными названиями, но непривычных размеров. На одном из перекрёстков Harumi Dori — здание театра Кабуки-дза в традиционном стиле, с афишей, которая не поддаётся прочтению. Детали: русская девушка фотографируется на фоне иллюминации Dior. Пожилая японка, элегантно держа пакет, выходит из такси бирюзового цвета, в котором сидит водитель в белых перчатках. В освещённой витрине сияют перламутровым блеском ожерелья и подвески Mikimoto. Это мой первый «Старбакс». Не российский, не американский, а японский. А откуда ещё можно оценить масштабы самого известного в мире перекрёстка? На втором этаже кофейни, которая смотрит окнами на прямые и диагональные «зебры», большая часть столиков располагается у панорамных окон. Посетители «Старбакс», которые не только сидят, но и стоят в два ряда, приходят сюда для того, чтобы снять видео между красными сигналами светофора. К перекрёстку присоединяю и памятник Хатико, что в 10 секундах от него. К верной собаке поистине не зарастает народная тропа. Была уверена, что в Японии мне не раз встретятся акита-ину. Но видела только раз — в Арасияме хозяева катили двух щенков в специальной колясочке. Да мягкая игрушка-собачк за 7000 йен в торговом ряду у храма Сэнсодзи ждала своего покупателя. В поисках токийских красных клёнов захожу в один из самых больших парков Токио — Ёёги, где деревья пытаются загородить кронами высотки мегаполиса. В сумерках смешиваются зелёные, жёлтые и бордовые листья на деревьях. Вот она, «причёсанная» природа, которая запала в душу ещё при посещении Японского садика в московском Ботаническом саду. Аккуратные газоны, изящный фонтан, мостики с низкими перилами, перекинутые через каналы. Детали: женщина прогуливается в одиночестве по опавшим листьям. На отдалённой тропинке мальчик-модель в серебристом костюме позирует фотографу.  На спортивной площадке девушка отрабатывает боевые приёмы. Детали: в New York bar and grill бесплатно — только вид на миллионы токийских огней за окнами да улыбки девушек-японок, которые, когда лифт открывается на верхнем этаже, кланяются вам и пытаются поддержать твой тяжёлый рюкзак. Остальное — по астрономическим даже для такой атмосферы ценам: стейки от 8 500 до 20 500 йен и серьёзная коллекция вин, где нашлось место и Screaming Eagle Napa Valley 2014 за 740 000 йен (не переводите в рубли! :)) Вернусь-ка я на 41-й этаж, в Официально заявляю: пока на новом рыбном рынке Токио делать нечего. Его предшественник Цукидзи с многолетней историей закрылся буквально за месяц до моего приезда в Японию. Прошлое принесено в жертву будущему: на его месте построят парковку к Олимпиаде-2020. Чтобы добраться до нового рынка Тоёси требуется терпение. А в «награду» — два огромных, полупустых, не примечательных внешне здания. Направо по длинному коридору пойдёшь — только помещение за стеклом, где проходят аукционы тунца, найдёшь. (Конечно, в 11 утра вся рыба «уплыла» по назначению.) Налево по такому же длинному переходу пойдёшь — несколько ресторанов с блюдами из свежайших морепродуктов найдёшь. (Хотя разве в Японии может быть по-другому?) Да длинные очереди за порцией суши. Говорят, пока. Многострадальные красные врата с 4-метровым фонарём и сами не знают, которую по счёту жизнь проживают. За ними — длинная торговая Накамисэ-дори. На прилавках — и юкаты для взрослых и детей, и палочки стоимостью от 100 до нескольких тысяч йен, и необычные для наших вкусовых рецепторов десерты, и «Счастливые коты» манэки-нэко, машущие лапками. За следующими вратами — большой двор и чан с дымящимся пеплом, который  большой лопатой перемешивает служительница храма. Каждые несколько секунду к нему походят посетители, кутаясь в плотный дым — здоровье приманивают. На подходе к старейшему в Токио буддийскому храму слышен звон: люди бросают в железный ящик перед статуей Будды монеты и молитвенно складывают руки. Детали: во дворе перед храмом — сотни деревянных ящичков. За 100 йен японцы берут ключик с номерком, находят соответствующий ящичек и читают спрятанное там предсказание. Недовольные выпавшей судьбой оставляют бумажки здесь же: привязывают их в специально отведённом месте, чтобы предсказание сожгли монахи — и будто ничего не было. На карте Maps.me в парке Уэно вдоль главной аллеи Keisei обозначены вишнёвые и сливовые деревья. Но не сезон. Вдоль дороги в траве через каждые несколько метров расставлены фонари, которые расписаны редко повторяющимися рисунками. Луна запуталась в пока голых ветвях. Огоньки довольно уютного «Старбакса» (опять???) манят — и я снова пью кофе и, похоже, ненадолго засыпаю. К храму Бэнтэндо дорожка проходит между лотосами, захватившими озеро Синобадзу. Пожалуй, теперь я люблю гулять по паркам. Если они в Японии. За два дня мимо стремительно пролетели небоскрёбы и прошумели парки. И через месяц после возвращения из Японии я задаюсь вопросом: а был ли Токио? Отметка в паспорте утверждает: был. А длинный список мест, который остался почти не закрытым, уверяет: ещё будет.

Источник