Диссиденты в космосе: как работала цензура в СССР

В 1984 году журнал «Техника-молодежи» начал печатать роман Артура Кларка «2010: Космическая одиссея 2». После двух выпусков главный редактор Василий Захарченко был уволен, а другие члены редколлегии получили дисциплинарные взыскания. Сейчас много пишут о возрождении цензуры, но наверняка никто не скажет сходу — а какая она была, советская цензура? Журнал «Техника-молодежи» в СССР считался культовым. В нем печатали о каких-то упоротых вещах — безумные изобретения, игры на калькуляторах, история техники и оружия. Во многом это была заслуга главного редактора Василия Дмитриевича Захарченко. Возглавив редакцию в 1949 году, Захарченко добился увеличения тиража в 30 раз — свыше 1,5 миллионов журналов ежемесячно. Он публиковал фантастику — сначала это были рассказы, а с 1971 рубрика «Клуб любителей фантастики» стала постоянной. Романы и повести сокращались до журнального формата и укладывались максимум в 12 выпусков, то есть в годовую подписку. Василий Дмитриевич был далек от политики, но очень хорошо понимал, что можно публиковать, а что — нельзя. Это называется автоцензурой, благодаря этому качеству Захарченко стал главным редактором. Формально цензурой занималось исключительно Главное управление по делам литературы и издательств. Перевод книги сначала надо было согласовать в Главлите, а уже готовую рукопись — там же утвердить. Однако еще в 30-ые годы стало ясно, что это не работает — не хватает ресурсов. Тогда систему распространили вниз, на редакторов и редколлегии, и еще ниже — на самих писателей. Предохранитель в голове если и позволял писать ересь, но твердо удерживал от того, чтобы нести ее в издательство. Захарченко за десятилетия работы оброс авторитетом и доверием. Он хорошо знал главлитовскую братию и никогда не конфликтовал с ней. Со временем согласования стали устными — по звонку, а утверждались рукописи «задним числом». Рецензенты обычно подписывались не глядя, доверяя Василию Дмитриевичу. И однажды коса нашла на камень. Захарченко в итоге «погорел» как раз на фантастике. Американский писатель Артур Кларк писал фантастику, считал себя гражданином мира и очень любил космос. В СССР его тоже любили, Кларк бывал в Звездном городке, был знаком с Гагариным и Леоновым. На фантастическом конгрессе в Токио Кларк познакомился с Захарченко. В 1980 году в журнале «Техника-молодежи» вышел роман Кларка «Фонтаны рая». Поэтому когда Захарченко захотел напечатать еще один роман писателя, проблем никаких не возникло. Они появились потом. В 1982-ом, во время визита в СССР, Кларк встретился с Захарченко. Они договорились о переводе и публикации второй части знаменитой «Одиссеи». Точнее сказать, знаменитым был фильм. Артур Кларк написал сценарий для него, а после успеха кинокартины — написал полноценную книгу. В 1970 ее перевела на русский Нора Галь, «Одиссея-2001» вышла в СССР. Так что Захарченко мог быть доволен собой — получил хорошее произведение от маститого писателя, тем более что Кларк уверил, что «Одиссея-2010» это роман о мире и взаимопонимании. Переводчики нашли всего одну крамолу — книга была посвящена космонавту Леонову и ученому Сахарову. Академик в тот момент был в ссылке; почти семь лет он прожил в закрытом для иностранцев Нижнем Новгороде (тогда город назывался Горький). Поэтому посвящение убрали, а заодно все, связанное с ученым. В Главлите прицепились к двум моментам: соперничество Китая с русско-американской экспедицией (мало ли что) и мутная сцена, где русская астронавтка Женя прижимается к американскому космонавту — из намеков следует, что это секс (запретить без разговоров!). В феврале и марте 1944-ого вышли номера «ТМ» с «Одиссей-2010», а 28 марта в газете International Herald Tribune вышла статья, в которой рассказывалось об остроумной «пасхалке» — в романе у семерых русских персонажей фамилии политзаключенных. Писательский умысел подтверждался тем, что имя каждого диссидента превратилось в отчество персонажа. Статья попала в КГБ, где действовал отдел иностранной литературы. Машина заработала. Захарченко пишет объяснительную записку в ЦК ВЛКСМ, в которой «двуличный» Кларк «гнусным образом» дал экипажу советских космонавтов «фамилии группы антисоветски настроенных элементов, привлеченных к уголовной ответственности за враждебные действия». Главред признал, что потерял бдительность, и пообещал исправить ошибку. Ни почтенный возраст (69 лет), ни авторитет и опыт (36 лет на посту) не помогли. 10 апреля Захарченко сняли с занимаемой должности и принудительно отправили на пенсию. Ему «перекрыли кислород» — аннулировали выездную визу, исключили из редсоветов «Детской литературы» и «Молодой гвардии», перестали приглашать на радио и телевидение. Досталось остальным. Заведующему отделом научной фантастики «впаяли строгач» (строгий выговор — клеймо на всю жизнь). Заместитель главреда получил простой (но не менее позорный) выговор. Секретарь журнала работал в журнале недолго и отделался строгим предупреждением. У Захарченко были причины обижаться на знаменитого фантаста. Он и его коллеги были «технарями», политикой не интересовались совершенно — потому и не заметили подвоха? А как отреагировал сам Кларк? Он же говорил, что стоит выше разборок двух супердержав. Официальный ответ писателя: это роковое совпадение, фамилии он подбирал из газет. Борьба советских диссидентов освещалась в зарубежной прессе, вот и попались фамилии говорящие. В письме Захарченко писатель просил прощения за «шутку» и вызванные ею неприятности. Жизнь не кончилась. Из пятнадцати глав свет увидели только две, и в редакцию пошли сотни писем с требованием объяснить, почему роман больше не публикуется. Появилось короткое изложение «Одиссеи-2010» — оно занимало меньше печатной страницы. Никакого объяснения не последовало, советским инженерам и студентам знать о случившемся было не обязательно. В 1985 году началась перестройка. Уродливые общественные институты менялись, вслед за ними — оценки событий. Реабилитировали Зощенко и Ахматову. Опальный Сахаров сам становится депутатом Верховного Совета СССР. В 1989 году бывший главный редактор обратился в ЦК ВЛКСМ с просьбой восстановить справедливость. В Центральном Комитете заседали уже другие люди и действительно признали, что решение было «необоснованное, принятое в условиях административного давления на печать». Постановление отменили. «Техника-молодежи» вновь опубликовала роман. С посвящением Леонову и Сахарову. С космонавтами-диссидентами. С китайцами и постельной сценой. С рассказом о цензуре. Ахум читал «Одиссею» по подписке и не понимал, за что все огребли. В 1991 году прекратил работу Главлит. И это хорошо. Восстановить цензуру? Воскресить этот чудовищный труп? Зачем? Надо иногда вспоминать такие истории: прочищать память для профилактики.

Источник